Прилетели в Торонто и с 2001 по 2002 год работали в мощной фирме SynX. Там были идеальные условия для работы. Мы повторили наши положительные результаты на существенно большем числе крыс с хорошей статистикой. При этом продемонстрировали, что расстояние не играет критической роли для передачи волнового морфогенетического сигнала, способного запустить процессы регенерации поджелудочной железы in situ – прямо в теле животного. Расстояния от лазера до больных животных составляло от 1 см до 20 км. Результаты вызвали шок у канадских исследователей, которые участвовали в экспериментах. Эксперименты для нас были мгновенно свернуты. Нам сказали, что выздоровевших крыс усыпили! На вопрос – почему? Ответ был – эксперименты закончены. После этого мы вернулись в Москву, сами понимаете, в каком состоянии. Наши попытки возобновить эти работы в столице не встретили никакой поддержки, более того, академик Кругляков публично объявил меня лжеучёным, приводя в пример «бредовость» наших идей относительно создания лазера на молекулах ДНК. Я ему ответил открытым письмом в Интернете. А публикация японцев, подтвердивших наши результаты по ДНК-лазеру, поставила жирную точку на Круглякове. Словом, с 2002 по 2007 годы я пытался продолжить исследования. Безуспешно. А в ИПУ РАН меня уже не пустили, спасибо Круглякову.
Но судьба вывела меня на Аркадия Наумовича Петрова. Начались поездки по городам России, выступления, где я обосновывал научную состоятельность направления работ групп Грабового и Петрова, а заодно рассказывал о наших исследованиях. И нашлась-таки группа медиков, среагировали, попросили их обучить. Я им всё рассказал, обучил. Эти ребята полностью повторили канадские эксперименты, это опубликовано в ВАК-овском журнале . Удивительно, официальная наука позволила публикацию по волновым генам. Значит, какая-то подвижка имеется. Вслед за этой статьей опубликовали большой теоретический анализ полученных результатов , и одна в продолжение этого анализа еще предстоит.
Вопросы:
– У нас в Алма-Ате съедается червями яблоневый сад, то есть эту проблему тоже можно решить?

П. Гаряев: Так же, как мы вызывали мутации у арабидопсиса и на картофеле. Нужен препарат клеточных ядер или ДНК этих червей. Далее мы модифицируем этот материал рентгеном или ультрафиолетом. Это и будет источник ложной волновой информации для червей, которая дестабилизирует нормальную работу их генома. Черви погибнут.
– Как Вы подошли к теории Аркадия Наумовича? Как вы стыкуетесь?

А. Петров: Да я поругался в Интернете в их адрес, а он услышал.

П. Гаряев: И правильно сделал, что ругался. Я увидел в Интернете его критический комментарий в отношении безопасности наших работ. Пришел к Аркадию Наумовичу, объяснил, постарался убедить, что работы по волновой генетике будут развиваться независимо от того, хотим мы этого или нет, а также высказал соображения, что именно эти работы могут дать реальное научное обоснование ясновидению, понимание, как геном человека отвечает на речевые и ментально-волновые воздействия, исходящие от ясновидящего. С этого всё и пошло в наших контактах.

А. Петров: А когда эти процессы видишь в режиме ясновидения, видишь процессы сжатия, компрессии ДНК информации, то становится ясно, что в ДНК есть те же ситуации, о которых Пётр Петрович говорил. И когда хромосомная ДНК высвобождает свою волновую информацию, то она работает как голограмма, давая речевые и иные образы. При этом часть ДНК может читаться напрямую, когда она, как жидкий кристалл, составлена плотной упаковкой её нитей-текстов. И такие тексты могут читаться не только вдоль ее цепочек, но и поперек, справа налево, слева направо, вверх, вниз, вообще многомерно, по всем направлениям. Это огромная информация. И она, конечно же, имеет цифровой эквивалент.

П. Гаряев: Это как кроссворд, только он многомерный.