Парапсихология и психофизика. – 1998. – №1. – С.126-128.
(Сравнение некоторых данных о волновом геноме и структурно-семантического кода иврита)
Н.Б.Заболотная

В настоящее время в целительской и психотерапевтической практике широкое распространение получило употребление символов, когда для введения пациента в особое состояние сознания используются китайские иероглифы, тибетские и санскритские буквы, абстрактные мистические знаки. Хотя роль символической графики в медитации и духовном врачевании освящена в обширной литературе (см., напр., библиографию в книге Налимов В.В., Дрогалина Ж.А. Реальность нереального. – М., 1995), исчерпывающее объяснение этого эффекта в науке пока отсутствует, а феномен древних языков, откуда взяты символические элементы, изучен лишь частично. Рассматривая человеческую речь как информационную структуру, значимую для всех функциональных систем организма, обратимся к ее истокам – языкам древних культур.
Практически каждое священное предание повествует, что язык как особо ценный дар был передан людям богами: в ведической традиции священную речь олицетворяла Вач, которую позже заменила Сарасвати – создательница санскрита и алфавита деванагари; в Др. Египте письму научил людей Тот; в Др. Китае магические триграммы и знаки первым начертал мифический император Фу-си и т.д. В современном культурно-религиеведческом компаративизме уже высказывались мнения, что древние языки (причем, их идеографическо-фонетический комплекс) имеют структурно-семантическме связи с генетическим кодированием (см. Дж. Хэртак), но этим их роль не исчерпывается. Для проникновения в суть вопроса нам представляется интересным использовать исследование П.П.Гаряева “Волновой генетический код”, М., 1997 и сравнить его с некоторыми данными мистического иудаизма.
Рассматривая известную неоднозначность триплетного кода нуклеотидов цепей ДНК-РНК, где основную роль играют два первых элемента, а третий является факультативным, Гаряев называет соотношения кодона-антикодона лингвистическим термином “синонимия-омонимия” (пара сходных по 2-м элементам кодонов шифрует одну и ту же аминокислоту, и пара таких же кодонов – две разных). Анализируя критерии правильной интерпретации омонимов антикодоном, исследователь приходит к выводу, что цепь нуклеотидов представляет собой текстовую структуру с неравным распределением семантики по триплетным сегментам, обладающую “тайнописным строением” и контекстуальными импликациями, аналогичную текстам естественных языков. Цепочка нуклеотидов имеет свои макроединства – иероглифы, разбивающиеся на элементы, что свидетельствует о мультиплетности-фрактальности и неуниверсальности кода, описанного ранее. Распознавание истинного шифра происходит с помощью резонансного контакта биодонора и биоакцептора, когда считывается особая сверхустойчивая акустико-электромагнитная волна (солитон), зарождающаяся в молекуле ДНК. Солитоны ДНК обладают 2-мя видами памяти: 1) памятью, свойственной “явлению возврата Ферми-Паста-Улама”, т.е. способностью помнить первоначальные моды возбуждения и периодически к ним “возвращаться”; 2) квазиголографической или фрактальной памятью, связанной с фундаментальным свойством биосистем восстанавливать целое по части (ее высшая форма – ассоциативная память коры головного мозга). На основании исследования А.А.Березина и собственного опыта Гаряев предполагает знаковую смысловую связь солитонов на хромосомном уровне и солитонов нервных импульсов, а также единство фрактальности ДНК и человеческой речи. Строение генома сравнивается с математико-лингвистической моделью Н.Хомского, постулирующего единые принципы для любого языка – основу универсальной грамматики, т. е. суть человеческой речи считается инвариантной для всех людей, и достигает макромолекулярных смысловых структур хромосом.